Новости нашей планеты

Тем не менее, по словам главы ‘Газпром-медиа’ Александра Дыбаля, руководителя НТВ пока не собираются менять на Александра Любимова В связи с затянувшейся, давно обещанной, но так пока и не осуществленной продажей активов ‘Газпром-медиа’ информационный рынок переполнен самыми невероятными и разнообразными слухами. Так, в частности, некоторые СМИ утверждают, что судьба руководителя Бориса Йордана предрешена. При этом говорится о том, что на этом посту его может сменить нынешний руководитель ‘Медиа-союза’, один из руководителей ОРТ Александр Любимов. Такое решение якобы может удовлетворить ‘Газпром’, который получит телевизионного профессионала, и власть, которая приобретет лояльного ей руководителя телеканала. Для того чтобы прояснить ситуацию с возможными назначениями на НТВ и в ‘Газпром-медиа’ в целом, ‘НГ’ обратилась за комментариями к председателю совета директоров ‘Газпром-медиа’ Александру Дыбалю. – Скажите, пожалуйста, когда будет рассмотрена судьба медиаактивов ‘Газпрома’ на совете директоров? – Это в компетенции совета директоров. Вопрос может адресовываться только совету директоров. – Вы сами можете предположить? Все последнее время циркулируются слухи о том, что это решение должно вот-вот состояться. – Я слухи не комментирую. – Появляется информация. – Источником информации являются факты. Пока этих фактов нет. – Но предположить вы можете? – Это прерогатива совета директоров. – Может ли появиться человек, который заменит Бориса Йордана на его постах? – Такие вопросы мы не рассматривали. Мы удовлетворены работой менеджмента ‘Газпром-медиа’. Есть определенные успехи, которые совершенно очевидны. И улучшение финансового состояния в том числе. – Можно ли сказать, что при любом решении совета директоров Йордан останется на своих постах? – Нет, так нельзя говорить. Существуют юридические процедуры, существует устав. И совет директоров – высший орган, решения которого обязательны для исполнения. Но никаких планов, а тем более поводов для этого (отставки Йордана. – ‘НГ’) я не вижу. – Таким образом вы отвергаете слухи или информацию о том, что таким человеком может стать Александр Любимов? – Никаких планов (подобных. – ‘НГ’) мы не строим. Мы строим работу с существующим менеджментом ‘Газпром-медиа’. – Какова ваша позиция, каким должно быть будущее медиаактивов компании? – У меня существует понятие о корпоративной этике, и то, что мы обсуждаем в рамках работы с медиаактивами и с нашими консультантами из Dresdner Kleinwort Wasserstein, и с менеджментом ‘Газпром-медиа’, – наши внутренние разговоры. Конечно, я имею свою позицию, достаточно четкую, но до момента принятия решения я не хотел бы, скажем так, предавать это гласности. – Какова финансовая оценка этих активов? – Мы уже достаточно долго об этом говорим. Финансовую оценку мы публиковать не будем. И в этом мы полностью следуем рекомендациям наших финансовых консультантов. – Кто может стать покупателем? – Все зависит от того, какой будет структура сделки, и от того, как мы будем решать главный для нас сейчас вопрос, связанный с долгами ‘Газпром-медиа’ перед ‘Газпромом’. Долги эти очень существенны, и фактически это главная проблема, которая стоит перед нами. Единственная существенная проблема, которую мы не до конца разрешили, – вопрос задолженности. И судьба активов во многом зависит от решения именно этой проблемы. – А решение каково может быть? – Если бы мы имели готовое решение, которое бы нас полностью удовлетворяло, то мы бы его объявили. Но в данном случае остается проблема задолженности, и мы должны найти такой путь, который бы был максимально эффективен для ‘Газпрома’ с экономической точки зрения. – Вы сами этот путь видите? – У нас есть варианты, но пока ни один из них не является оптимальным. Мы пытаемся найти золотую середину, при которой вариант был бы приемлемым как для инвесторов, так и для ‘Газпрома’. – Назовите как минимум два варианта, между которыми вы ищете золотую середину. – Могу сказать, что проблема – в сопоставлении оценки медиаактивов и размера задолженности этих компаний перед ‘Газпромом’. Более подробно сказать не могу. – Каково будущее НТВ? – Оно просто хорошее. Компания успешно развивается. Свидетельство этому – и рейтинги, и улучшение финансового состояния, и увеличение рекламных продаж. На мой взгляд, НТВ преодолел сложный этап в своем развитии и сейчас достаточно успешно развивается. Мы уверены, что НТВ будет одним из самых высокорейтинговых каналов страны. – Если появится какой-то определенный владелец, не окажется ли так, что многие журналистские кадры уйдут из компании? – Дело в том, что в вашем вопросе есть политический подтекст. А я политикой не занимаюсь. Я занимаюсь экономикой и считаю, что вопрос журналистских, профессиональных кадров – это вопрос бизнеса. Вопрос условий, интереса, вопрос взаимоотношений в коллективе. Все это решается менеджментом. В последнее время канал, наоборот, притягивает к себе профессионалов. Что нас может только радовать. – Потому и возникает вопрос. Ситуация может измениться, если изменится владелец. – Я не очень понимаю понятие ‘изменится владелец’. Профессионал прежде всего смотрит на бизнес-ситуацию. У многих компаний изменяется состав акционеров – и ничего в их внутренней жизни не происходит. – Не скажите. Мы все помним, что было в прошлом году. – А что было в прошлом году? В прошлом году была ситуация, которая сейчас уже смотрится по-другому. И мы рассматриваем НТВ как современный, независимый канал. Вряд ли кто-то сможет упрекнуть канал в ангажированности. Это всем очевидно – посмотрите ‘Свободу слова’, ‘Намедни’… – Это будет западный инвестор? – Мы не исключаем этой возможности. – А переговоры с кем ведутся? – Официальных переговоров мы даже не начинали. – Есть ли российские бизнесмены, выразившие желание купить активы? – Мы не исключаем возможности участия и российских инвесторов. – А вообще участников-то этого процесса много? – Проявляют интерес крупные компании, прежде всего западные, профильные инвесторы. – Когда все это завершится? – Когда мы будем готовы. Это может быть и в ближайшее время, может быть и позже. Я подчеркну, что никаких конкретных сроков мы не называем. – Есть ли какой-то предельный срок, до которого судьба активов должна быть решена? – Есть только срок, который диктуется экономическими соображениями. Я сам не знаю этого срока. Скорее вопрос не в сроках, а в эффективности принятого ‘Газпромом’ решения. Наталия Ростова